Мэс му кэ. Первая серия

Тунис встретил меня и маму поистине африканской жарой. Уже ссаживаясь с самолёта на полинявший трап прижухлого аэропорта, нас придавил оглушающий зной. Но нас с мамой подобное нисколько не испугало.

- Мам, обалдеть! – я довольно засмеялся, выставив большой палец. Жаркая погода мне всегда нравилась.

- А уже сентябрь, сынок! – она подмигнула, также расплывшись в улыбке.

- Почему у нас только холодно?

- Неправда! В сентябре вполне сносная температура и в Поволжье. Вспомни, что мы уезжали, когда на градуснике было плюс шестнадцать?

- А приедем – опустится на плюс пять! – я скорчил недовольную мину, но не смог удержаться и расхохотался. Моё настроение было на запредельной высоте.

Толпа жизнерадостных туристов из России, лёгким течением занесла нас в низкопольный автобус, чтобы доехать до здания аэропорта. Мы нашли место возле окна.

- Мам, давай переедем сюда жить навсегда?! – пошутил я, с интересом наблюдая за её реакцией, - нам с тобой нравится солнце и море! Ты согласна, поселиться в стране вечного лета?

- А учиться, кто будет, шарлатан? Я пошла навстречу и позволила пропустить тебе десять дней учёбы, – она ласково потрепала мне волосы. – Ты же знаешь, Серёжа, что я купила путёвку, в качестве награды?

Я посмотрел на закрывающие двери. Автобус медленно поехал по выделенной полосе.

- Спасибо, мам! – поблагодарил я, с любопытством разглядывая лётную территорию чужеродной страны. Нервотрёпка, которая буравила перед дальней дорогой, испарилась.

Действительно, летом я удачно сдал единый государственный экзамен. Набранные баллы позволили беспрепятственно поступить на бюджетный курс института. Я прыгал до потолка, увидев в списках абитуриентов свою фамилию, считая, что мне фантастически повезло. Мама искренне радовалась вместе со мной.

В начале августа она пришла с работы в приподнятом настроении и с таинственным выражением лица. Мама усадила меня напротив и призналась, что купила на двоих путёвку в Тунис. Моё сердце запрыгало от радости, задохнувшись от эйфории. Мы не часто вылетали с ней, будь то российские курорты или заграничные. Наш бюджет трещал по швам, и приходилось экономить. Я сгрёб любимую мамочку в объятия, так как буквально пищал от восторга, как месячный щенок. Она добавила, что путёвка является наградой за самоотверженную и напряжённую сдачу экзаменов, за мои первые успехи, а также приурочена ко дню рождения - совершеннолетие, которое отпразднуем в Тунисе. Мама не забыла, посетовать, что в сентябре её сын будет вынужден, пропустить десять дней институтских занятий важного первого курса, но тут же исправилась и заговорщицки улыбнулась. Она выразила надежду, что как раз эти дни расслабления и отдыха, наоборот дадут жизненные силы новому студенту высшего учебного заведения и подвигнут на немыслимые учебные рекорды. Мама предложила потихоньку готовиться, для того, чтобы избежать ажиотажа и нервного сбора вещей перед отлётом.

Я моментально послушался маму, чем вызвал её открытый и задорный смех, потому что в иных просьбах поступал несколько иначе. Говоря откровенно, напускал важности, делая вид, что крайне занят. Особенно это касалось случаев, когда надо было почистить картошку или поточить затупленные ножи. Часто откладывая мамины просьбы в дальний ящик, затягивал с исполнением домашних хлопот, не являющимся срочными. Покопавшись в шкафу, я выудил чемодан, который мы по одному разу брали с собой на отдых в Лазаревское и в Турцию. Несмотря на малую загруженность, чемодан из искусственной кожи не казался сверкающим, словно купленным из магазина, а уже успел обзавестись потёртостями и некой возрастной солидностью, которыми обычно обрастают путешественники за дни походов и переездов. Однако чемодан не потерял животрепещущего и захватывающего ожидания предстоящей поездки и встречи с тёплым морем. За месяц до предстоящего вылета, чемодан возлежал на полу в прихожей, с раскрытой, словно пасть бегемота, откидной крышкой.

- Вот так скорость! – улыбалась мама, опешив от моей подобной прыти.

- Ты сама велела, избежать аврала в последние дни! – хохоча, парировал я, будто увёртывался от летящих морских брызг.

- Тогда я попрошу тебя, сыночек, сделать ещё вот что! – с задумчивым видом она взяла бумагу и шариковую ручку.

Совместно с ней мы набросали список, которые требовалось купить. Так как мама целый день находилась на работе, то покупки доверила сделать мне. Она выделила небольшую сумму, попросив не транжирить зазря семейные деньги, а покупать на рынке или базаре, обходя стороной модные бутики и фирменные отделы в торговых центрах. Впрочем, я и сам знал об этом и не собирался, разбрасываться деньгами. В список вещей вошли необходимые для полноценного отдыха вещи. Но должен признаться, что покупки из списка в основном предназначались мне, в очередной раз, показывая мамину заботу. В бумажном листке чередовалось: солнцезащитные очки, кепи, пара хлопчатобумажных футболок, плавки и сланцы. Для себя она попросила приобрести мази от солнечных ожогов и кремы для загара.

- Ты хорошо загораешь! Твоя кожа без проблем принимает ультрафиолет, – с крохотной ноткой ревности сказала мама. – А я сразу обгораю, и кожа краснеет.

- Я же не лежу целый день на шезлонге, мам! Я много времени провожу в воде. А в ней не обгораешь! – я поцеловал её в щёку. – Буду тебя тормошить и не дам лежать на солнцепёке. Вместе поплаваем! Договорились?

Она покачала головой и шутливо махнула рукой. А я со следующего дня занялся покупками. Носясь по городу, как лесной заяц-рысак я вычеркивал каждый пунктик из списка. Чемодан стал заполняться. Вскоре весь список практически был исполнен, кроме купальных плавок. Не отыскав, подходящие по стоимости, недорогие плавки, я пленился ценой интернет – магазина и, рассчитав, что успею их получить, сделал заказ, выбрав шорты, окрашенные в белую и чёрную полоски.

Плавки доставили в самый последний момент, когда я откровенно запаниковал. Мама отругала меня, справедливо говоря, что, её сын, как обычно не послушался её добрых советов, не оставлять важные дела на последние дни. Я выдохнул свободнее, когда в надутый и распухший чемодан кинул яркую упаковку и с усилием закрыл чемодан на замок-молнию. Мама была права, и я корил себя за беспечность. Ночью нам предстояло вылетать.

Нам понравилось, что туристическая зона с отелями в Тунисе располагались близко к аэропорту, не в пример турецким «пяти звёздам», когда дорога казалась бесконечной. Мы доехали с комфортом за пятнадцать минут в аккуратном и прохладном автобусе, в котором бухтел кондиционер. Одноместный номер не впечатлил роскошными и величественными размерами, но показался нам скромным и уютным. Мы не были с мамой капризны и знали, куда едем. Тем более, номер был укомплектован вполне по-современному – электронный ключ для входной двери, большой шкаф с раздвижными дверями и зеркалом для вещей, кондиционер под потолком, письменный стол, кровать с мягким матрасом, раскладное кресло для второго человека. Вдобавок жидкокристаллический телевизор, прикрепленный с помощью кронштейна к стене, телефон для связи с ресепшен, а также балкон и просторная душевая комната совместно с туалетом. Я не собирался сидеть целыми днями в отельном номере, а мог провести девять ночей и на тёплом пляже. Уверен, что мама разделяла со мной взгляды на скоротечные и временные жилищные условия. Я кинул победный клич, как только за сопровождающим провожатым закрылась дверь. Праздник начался.

- Где, интересно море? – зевнув, я засыпал её нетерпеливыми расспросами, - Далеко или нет? Как думаешь, мам?

- Не спеши, Серёжка! – устало улыбнулась она, - Администратор отправил нас в ресторан. Разве ты не хочешь позавтракать? Кожа, да кости! Может, хоть здесь немного поправишься и наберёшь вес!

Я живо откликнулся.

- Хочу быть толстым! – я надул щёки.

Мама ткнула пальцем. Я лихо увернулся, и она попала мне в нос. Мы рассмеялись.

- Тогда затолкни чемодан в шкаф. Поищем ресторан.

Через полчаса, сытые и отяжелевшие мы возвратились в номер. Я потёр красные глаза. В самолёте мне удалось вздремнуть два часа из пяти с половиной воздушного времени, но этого явно оказалось недостаточно. Что касается мамы, то весь полёт она не сомкнула глаз, беспокойно ёрзая в неудобном кресле.

- Пошли на море, мам? – я звонко расстегнул молнию на чемодане, отчего крышка распахнулась, как напружиненная.

- Я устала, сыночек! Хочу поспать, - виновато призналась она.

- Ты поспи, а я на разведку! – доложил я, как бравый солдат Швейк.

У неё не осталось сил. Она шмякнулась на кровать, как поваленный забор.

- Хорошо, но будь осторожен! – слабым голоском предупредила мама и погрузилась в глубокий сон.

Повертев пультом от кондиционера, я установил комфортную температуру для комнаты, чтобы сон был крепким, и мамочка проснулась с бодрым расположением духа.

Я ринулся к чемодану и среди вещей откопал плавки. Чтобы не шуметь, зашёл в ванную и разорвал шуршащую обёртку. Материал, из чего были сшиты плавки, оказался приятным на ощупь. Ярко – зелёные, перемежающие с вычурно - синими полосками делали плавки кричаще заметными. Я развернул купальный предмет и удивлённо вытаращился. Вместо фасона шорт, которые заказал в интернет - магазине, у меня в руках очутились бикини.

- Перепутали, дуралеи! – я чертыхнулся.

Я повертел плавки в руках. Они мне показались меньшего размера. Я отыскал пришитую бирку. Так и есть. Вместо «эльки» мне отправили «эску». Однако я не мог отказаться от прогулки по территории отеля и не страдал комплексом из-за худой фигуры. Я жаждал впечатлений. Тем более, мне ужасно хотелось искупаться. Я прикрыл дверь ванной, на случай, если мама проснётся и захочет в туалет. Быстренько разделся и просунул сначала правую ногу, а потом левую. Уверенным движением подтащил плавки вверх. Эластичная ткань прилепилась к попе, как лосины. Я вышел из ванной и критично рассмотрел себя в зеркале шкафа. Член и яички словно обтянули тонкой кожей. Каждый элемент моей половой принадлежности при внимательном изучении можно было различить. Но плавки сидели на мне, как влитые. Я был вынужден, согласиться с горе – отправителями. Они предельно точно угодили с размером. Я повернулся спиной к зеркалу и уставился на выглянувшие из-под короткого бикини ломтики ягодиц. Вид выпуклой попы показался мне вызывающим и дерзким. Ягодичные бороздки внизу рассекали кожу словно ручейки, при ходьбе предельно откровенно показывая, где начинается интимная и закрытая, для глаз, зона. Я признался, что на нашем городском пляже чувствовал бы себя порядком раздетым, но здесь меня никто не знал. Кроме того, других плавок у меня попросту не было. Поэтому я запрятал чувство стыда глубоко внутрь.

«Хорошо, что хоть не стринги! А ведь могли выслать! С голой задницей не рискнул бы форсить перед мамой и остальными!», - неожиданно подумал я, и мне стало легче.

Нацепив сверху шорты, и, облачившись в футболку, подмахнул сланцы на ноги. Спрятав электронный ключ в карман, воробышком выпорхнул из номера.

Я спросил загорелых постояльцев, которые повстречались навстречу, чтобы подсказали дорожку до моря. Поиски оказались нетрудным делом. Пройдя мимо стола администратора, я вышел из распахнутых дверей, с противоположной от официального входа, стороны. Я зажмурился, запрокинув голову на чистое синее небо, когда плечи полоснуло яркое солнышко, а затем огляделся. Площадь отеля была огромной. Везде были вымощены дорожки из плитки, ведущие, будто тропинки из сказки в диковинные, неизведанные места. Так же, как главный персонаж волшебного произведения, я выбрал центральную аллею, допустив, что не обманулся в выборе. Я угадал, потому что интуиция приняла мою сторону. Вначале повстречался бассейн. Вернее, то, что на пригорке расположился бассейн, догадался по немногочисленным отдыхающим – женщинам и мужчинам, неторопливо прохаживающим в неимоверно различных купальниках и плавках всех расцветок и видов. Я соблазнился видами и не мог проигнорировать приятное место отдыха. Поднявшись по каменным ступенькам, я довольно улыбнулся. Бассейн был огромен. Синяя и прозрачная вода приветливо отсвечивала солнечными бликами, приглашая окунуться в прохладную водицу. По краям бассейна стояли шезлонги, на которых лежали-сидели-разговаривали счастливые отпускники. Я с удовлетворением отметил, что, не смотря на время, приближающее к обеденному перерыву, оставались свободные лежаки, без полотенец и элементов одежды, показывающих, что на них сегодня пал выбор. Я положил глаз самый дальний шезлонг, который находился чуть в сторонке и целенаправленно пошёл к нему. Сделав несколько шагов, я замер. Прямоугольная территория бассейна заканчивалась небольшим заборчиком, за которым начиналось безбрежное море. Я был потрясен её природными видами. Огромная водная власть - бескрайняя и бесконечная, сливалась в горизонте с небом. Я посмотрел вниз и увидел пляж с жёлтым песком, на котором также плескались и загорали люди. На пляже народу было отличимо больше. Место для отеля разместили удачно. Можно было без проблем чередовать купание в бассейне и море. Слышался смех, заглушаемыми кроткими волнами, словно боящимися отпугнуть разморённых и ленивых отдыхающих.

Дойдя до шезлонга, я увидел араба, восседающего на стуле рядом с «моим» шезлонгом. Его тёмное лицо скрывала тень от козырька кепочки с логотипом отеля, а глаза прятались под очками с зеркальными стёклами. Я принял его за сотрудника отеля, следящего за безопасностью в бассейне. Когда я приблизился, араб повернул голову в мою сторону.

- Привет! – я поднял ладонь, - Здесь не занято?

Его приветливый голос прозвучал с небольшим акцентом.

- Привет! Добро пожаловать!

Я скинул сланцы, ощутив ступнями нагретую плитку. Мне показалось, что жара усилилась. Я вытер испарину на лбу и жаждал, как можно быстрее нырнуть. Вырвавшись из потной футболки, стащил шорты, оставшись в узких плавках. Я подошёл к краю бассейна и присел на плитку. Опустив ноги в прозрачную воду, поболтал лодыжками. Вода оказалась теплее, чем парное молоко. Я не мог больше вытерпеть. Плавно съехал в воду, как ребячий плот. Я не достал дна, так как глубина бассейна с этой стороны оказалась два метра, поэтому нырнул. Я проплыл по дну кафельной плитки десять метров, перебирая руками и ногами. Затем, вынырнув, потряс головой, избавляясь от излишних капель, и доплыл до противоположного бортика, загребая ладонями воду. Оттолкнувшись ногами, развернулся. Почувствовав приятную усталость, решил, отдохнуть. Я достаточно охладился. Подтянувшись на руках, я выпрыгнул из бассейна прямо перед арабом. Он улыбнулся широкой улыбкой, показав крупные зубы.

- Мальчик, ты хорошо плаваешь!

- Спасибо! – я попрыгал на одной ноге, сбрасывая, как дворняжка водяной балласт.

Араб снял очки и ощупал меня пытливым взглядом.

- Ты новенький?

- Да.

- Давай познакомимся?! Как твоё имя?

- Серёга! Серёжка!

- Серёжка, а меня зовут Аслема! – он протянул горячую ладонь.

- Зема?!

- Аслема! – повторил араб, не обижаясь, что я нечаянно исковеркал имя.

- Приятно познакомиться! – я пропел дежурную фразу. Затем поправил мокрые плавки, которые, как мне показалось, сильно врезались в попу.

Араб не бросил попыток продолжить знакомство. Он неотрывно следил за мной.

- У тебя красивые плавки! Сколько тебе лет, Серёжка?

- Восемнадцать.

- О! Какой взрослый! – Аслема округлил губы в шутливой рожице, - с кем ты прилетел?

- С мамой.

Он понимающе покивал.

- У нас в баре вкусное пиво. Ты уже пробовал пиво, Серёжка?

- В баре?! Нет, не пробовал.

- Говорю, в общем! Ты пробовал пиво или вино?

Я криво усмехнулся, что должно было означать, что араб задаёт мне глупые вопросы и, конечно, я перепробовал многие спиртные напитки, хотя на деле это было неправдой.

- Прекрасно! – заключил Аслема и улыбнулся, но улыбка вышла с каким-то неизведанным мне потаённым смыслом.

- Вы хотите предложить мне стаканчик пива? – я весело засмеялся, разгадав ребус с загадочной улыбкой спасателя.

- Почему бы и нет, Серёжка! – он с живостью подхватил моё хорошее настроение, - Выпьем! Посидим! У меня есть знакомый. Он тоже работает здесь и, наверное, присоединится. Он любит пиво, как мы с тобой. Я познакомлю тебя с ним. Ну, так, что? Ты согласен?!

- Хорошо! У меня много времени, - я взял шорты.

- Тогда встретимся! – подмигнув, сказал мой новый знакомый.

- Угу! – бросил я напоследок.

Весь следующий день до обеда мы с мамой провели вместе. Загорали, купались. Мама пошутила по поводу моих новых плавок, заметив, что «…лишь бы южные девушки не украли у неё красивого сына!». Мы обследовали отель вдоль и поперёк и обширную площадь наших мест будущих развлечений. Я показал маме бассейн, который обнаружил накануне. Мама поздравила меня с днём рождения. В обед мы подняли наполненные стаканы и в шутку чокнулись – мама вином, а я спрайтом. Мама меня поцеловала, а я, стесняясь, уклонился. Всё-таки уже восемнадцать! После обеда мы плавали в бассейне, но мама испугалась, что обгорит. Посовещавшись со мной, она решила переждать в номере время палящего солнцестояния. Она предупредила меня, чтобы я тоже был осторожен и не злоупотреблял солнечными ваннами. После того, как она ушла, я обнаружил, что отдыхающих заметно поубавилось. Видимо, они так же, как мама опасались получить ожоги. Для меня настало приволье. Я не спеша булькал и нырял в пустом бассейне. Я плавал на спине, не рискуя, удариться головой о тело другого ныряльщика. Загоняв себя до мучительной усталости, я выпрыгнул из бассейна. Возле занятого нами с мамой лежака, заприметил двух мужчин. Одного из них я узнал и улыбнулся.

- Привет, Аслема! – я протянул руку, но поняв, что она мокрая, застыл.

- Привет! – араб схватился за мою ладонь, как утопающий, не заметив моей неуверенности. – Познакомься! Это мой сменщик. Его имя Шукран.

- Пр-рив-вет! – местному аборигену русский давался с трудом, но понять его получалось.

Я кивнул.

- С дн-нём рож-жден-ния! – засиял Шукран, оглядев меня с головы до пят, но задержав взгляд возле талии.

- Спасибки!

Вчера я не особо приглядывался к Аслема. Но на этот раз внимательно рассмотрел обоих. Они выглядели старыми мужчинами и по возрасту, вероятно, являлись между собой ровесниками. Я дал бы им лет за пятьдесят, а то и больше. У них выпирал небольшой живот, хотя Аслема выглядел молодцевато, по сравнению со сменщиком. Но я бы причислил их к толстякам, по неопрятно расплывшимся телам. Хотя ради справедливости, замечу, что по моим наблюдениям многие люди старшего возраста имеют лишний вес и, наверняка мне тоже придётся соблюдать в старческой жизни диету и заниматься физзарядкой. Их лица были черны от загара, словно головы мужчин макнули в сажу. Но в невозмутимых глазах поблёскивали огоньки чего-то неизвестного и неразгаданного. Они были одеты, как под копирку – светлая футболка и шорты грязно-зелёного цвета. На макушке, как и вчера, надвинута кепка с козырьком.

- Пиво хочешь? – облизнулся Аслема.

- Разве вам на работе разрешено пить пиво? – я наклонил голову в сценическом сарказме.

- А мы незаметно! С симпатичным мальчиком грех не выпить. Тем более в его день рождения! – похулиганил Аслема. Он обернулся к сменщику и произнёс пару фраз на неизвестном диалекте, но я принял его за арабский язык.

Шукран глянул на меня масляными глазами. Затем показал знаком «окей» и вповалку ушёл. Он отсутствовал недолго. Нужный бар располагался недалеко. Возвратившись, он держал в морщинистых кистях одноразовые стаканчики и бутылку.

Я хотел влезть в шорты, но Аслема сказал, что никто мои вещи не украдёт, хотя истиной причины я не раскрыл. Мне было стыдно оставаться в маленьких плавках, когда они держались в полной экипировке. Мы зашли за ограждение бассейна, которое оказалось закрытым от любопытных глаз. Заметив бетонный выступ, я присел, поджав коленки к животу. Арабы присели рядом, на корточки. Аслема зубами выплюнул пробку. Он налил каждому по полстакана розовой жидкости.

- Малиной пахнет! – я втянул носом воздух и взял стакан.

- С дн-нём рож-жден-ния! – вдохновлённо прожевал Шукран, как послушный попугай. Явственно у него был ограниченный словарный запас русских фраз.

- Похоже на вино! – умозаключил я, сглотнув.

- Да. Вина! – обрадовался Шукран, распознав мою речь и гордясь тем, что поддерживает беседу.

- Пей, Серёжка! – похвалил Аслема. – Налью ещё?

Я подал ему стакан. Вино полилось по стаканам. Стеклянная ёмкость опустела.

- Мы рады, что повстречали незабываемого мальчугана в великолепных трусиках, - дотянувшись, Аслема дотронулся до моего плеча.

- Вкусное вино! – я сгладил неловкую ситуацию, так как не знал, как реагировать.

- У тибя красивий попо! – неожиданно выплеснул Шукран, словно читал по бумажке.

Мне стало неловко, и я поднялся на ноги. К тому же стала затекать нога. Чтобы отвлечь их от обсуждения моих физических параметров, которым арабы обращали излишнее внимание, спросил:

- На каком языке разговаривают в Тунисе? На арабском?

Аслема отрицательно покачал головой.

- Серёжка, ты знаешь арабский?

- Нет. Но вы же арабы? Да?!

- Мы - тунисцы! – гордо вскинул голову Аслема, - и разговариваем на тунисском языке.

Я пожал плечами. Пока они обменялись парой фраз, я захотел, искупаться, а также выпить холодного спрайта. Вино вызвало жуткую жажду. Я сделал шаг. Тунисцы заметили моё желание, покинуть их общество. С сожалением на лицах, но мужчины посторонились, не мешая моему проходу.

- Серёжка, ты любишь кататься на мотороллере? – Аслема заглянул мне в глаза.

Они окаменели, ожидая мой ответ.

- Да, - честно выплеснул я.

- Тогда завтра в обед мы покатаем тебя на мотороллере. Прокатимся на ферму. Посмотришь, как выращивают финики и персики. Покажем место, где море чище и прозрачнее. Попьём пиво. Искупаешься. Не забудь надеть плавки.

- Здорово! Я согласен! – в искренней улыбке я показал им ряд зубов. Мне импонировало, что невзрачные тунисцы очень гостеприимные. Я подумал, что это местный обычай, окружать приезжих туристов заботой.

- Мама отпустит?

- В обед она уйдёт в номер, и я буду свободен, - я засмеялся, от своей догадливости.

Аслема и Шукран едва не взвизгнули от радости.

- Тогда до завтра! Встретимся…
3 347
Голые Топ 10